Прямые свидетельства

Анализ «записки» Ибн-Фадлана показывает, что привязка конечной точки этого маршрута к месту впадения Камы в Волгу требует явного насилия над логикой. Здесь нет соответствия ни в количестве рек, ни в пропорциях между их размерами, ни с местом обитания башкир. Наиболее же вызывающим несоответствием остаётся указанное Фадланом славянство булгар. Куда более правдоподобным выглядит маршрут к Днепру и форсирование Волги. Здесь и пропорции правильные, и рек достаточно, и башкиры на своей земле, и славяне с венграми на месте. Но не только пересчёт рек и племён приводит нас к такому заключению. Ибн Фадлан подробно описал святилище русов, которое он видел возле Булгара.

И как только приезжают их корабли к этой пристани, каждый из них выходит и (несёт) с собою хлеб, мясо, лук, молоко и набид, пока не подойдёт к высокой воткнутой деревяшке, у которой (имеется) лицо, похожее на лицо человека, а вокруг неё (куска дерева) маленькие изображения, а позади этих изображений (стоят) высокие деревяшки, воткнутые в землю.

И такое святилище действительно было найдено, но не у Волги, а как раз неподалёку от Днепра. В 47 км южнее Смоленска археологами было изучено городище Тушемля. В работе Третьякова П.Н., выделившего некогда отдельную тушемлинскую культуру, сообщается об удивительной находке:

«Особенностью городища Тушемля, имевшейся далеко не во всех укреп­лениях-убежищах, а лишь в некоторых из них, было находящееся в его пре­делах языческое святилище. Оно располагалось в конце „двора“, около стрелки городища, и представляло собой круглую утрамбованную пло­щадку диаметром 6 м, по краю которой, по кругу, стояли деревянные столбы — вероятно, изображения божеств, — а в центре находился большой и массивный столб, изображавший главное божество».

«Ближайшим аналогом святилищ в пределах городища является святилище, описанное в X веке Ибн Фадланом.

Состав находок, сделанных в развалинах городища Тушемля, оказался весьма своеобразным. Он указывает на то, что в пределах городища не было постоянного населения. Здесь могли жить всё время лишь лица, обслуживающие святилище».

Снова текст Фадлана приводит нас в район Смоленска и найденной нами там реки Куброть. Но оказывается, не всегда арабские авторы помещали булгар на берега загадочной реки Итиль, иногда они использовали вполне знакомое нам название. И название не Волга, а как раз Днепр. В работах ал-Гарнати (Ибн Са’ида 13в.) сказано так:

«На севере этого моря [в него] впадает река, текущая из огромного озера Тума. На западном берегу этой реки лежит Русийа — главный город русов. Русы — многочисленный народ, выделяющийся своей силой среди храбрейших народов Аллаха. … К востоку от него находится огромное озеро Тума, длина которого с запада на восток около 630 миль, а ширина с западной стороны — около 300 миль. В центре озера [находится] остров ал-Бабр длиной около 150 миль и шириной около 70 миль. … В это озеро течёт множество рек. Байхакй утверждает, что их число превышает сотню. Самой большой из них является Танабрис — протяжённая и полноводная река, текущая через земли ал-булгар и ат-турк. По берегам этого озера имеется множество городов, возделанных земель и насаждений. Большая часть их жителей — булгары, большинство из которых являются мусульманами, но есть среди них и христиане. Известным населённым пунктом в этой области является город Тума, название которого связано с озером».

«На севере этой четвёртой секции к югу от большой реки Танабрис находится большой и известный город Булгар»

Снова знакомые нам объекты, вытянутое на восток огромное озеро Тума с островом посередине, русы, булгары, город Тума. У Идриси озеро называлось Терми или Тирма, а Днепр начинался рядом с ним, здесь же он впадает в озеро. Ещё мы узнаём, что город назван именем озера. У города тоже варианты названия есть, Тума, Туле, а ещё Тирми. На вытекающей из озера реке стоит город с характерным названием Русийа. У Идриси тоже вокруг озера несколько таких же названий имеется. Раньше мы видели два варианта, в первом река Рус впадала в Днепр/Итиль, во втором наоборот, из Итиля отделялся рукав и впадал в озеро там же. Но есть и такие варианты, где верхняя часть Днепра впадает в озеро, а нижняя его часть вытекает из озера. Здесь как раз такой мы и видим. Но главное здесь то, что автор указывает земли и столицу булгар у Днепра. Это ведь прямое подтверждение наших построений. Комментируя этот текст, Ирина Коновалова заявляет, что автор явно спутал реки Днепр и Волгу.

По предположению В.В.Бартольда, смешение сведений об этих двух крупнейших реках Восточной Европы у Ибн Са’ида было вызвано тем, что известное географу наименование «Хазарское море» прилагалось им как к Каспийскому, так и к Чёрному морю (Бартольд В.В.География Ибн Са’ида, с. 108).

Не может Ирина Геннадьевна допустить мысль о булгарах на Днепре. Булгары за собой потащат Итиль, а с ним болотистый остров русов и хазар. Она согласна, что вытянутое на восток озеро Тума с островом и бобрами и аналогичный остров Тирма у Идриси, это одно и то же. Но отождествления его с припятским Полесьем, как предлагал Рыбаков, она допустить не может. Её учитель жёстко критиковал Рыбакова за такое допущение, ведь русам на Днепре раньше скандинавов быть не полагается. Потому ранние арабы у Новосельцева Днепра знать не знали и дальше Волги не бывали. А раз булгары на Днепре не ложатся в теорию, то арабы как всегда всё путают. Не читали они Новосельцева. Мы помним, какие страсти вспыхивают от малейшей попытки приблизить русь к поднепровью без скандинавов. Стоило в самом названии торжественной юбилейной конференции не упомянуть их, как многие демонстративно хлопнули дверью. Вполне достаточно, чтобы о днепровских следах и не задумываться, будь там Днепр назван хоть прямо. Между тем эту привязку к Днепру повторяет и Абу-л-Фида.

Есть ещё одна любопытная деталь в тексте Гарнати. Вслед за Идриси он указывает, что на острове водятся бобры. Более того, само название острова у него от бобра происходит. При этом он поясняет, что это животное своим обликом похоже на льва и происходит от смешения льва с леопардом. А через два столетия уже польский хронист Длугош писал о лесном море восточнее Польши:

«Итак, всю землю … захватил Лех, прародитель и князь лехитов, или поляков … с востока же он ни с кем не соседствовал, кроме греков и Львиного моря (до которого в те времена нужно было добираться через леса и чащи, протянувшиеся на двести и более миль, и многочисленные реки, неизвестные тогда даже самому державному основателю).

Эта восточная земля спустя много веков была заселена и освоена одним из внуков Леха, который звался Русом, и получила имя Русь; с течением времени она превратилась в обширнейшие и богатейшие провинции…

С юга — Альпы, которые разграничивают Паннонию непрерывными хребтами и тянутся вплоть до Львиного моря…».

Как видим, русы и здесь монопольно живут на неком море. Они на востоке от поляков, т.е. от славян, и снова в чаще леса. Вот только Итиль и булгары не названы для полноты картины. У Гарнати название острова происходит от бобра, а тот обликом похож на льва. А у Длугоша само море названо Львиным. Но есть ещё одно такое сближение русов со львами. В венгерском языке эти слова предельно похожи:

русский orosz
русская девушка orosz lány
лев oroszlán

Трудно сказать, случайность ли это. Но не приходится удивляться, что в комментариях к работе Длугоша поясняется, что восточнее Польши в глухих лесах находится Чёрное море. Это его он называет Львиным. И там, на Львином Чёрном море первыми поселились русы, сделав эту провинцию богатой. Как объяснить такую несуразицу?! Как обычно — это ещё один фантазёр путает туманные слухи со смутными представлениями.

Если проследить описание восточной Европы по древним текстам и воспользоваться имеющимися комментариями, то окажется, что полесские топи со времён Геродота ни один автор вообще не замечал. Их словно бы не существует в природе. Ну а если нечто подобное и появляется, то это наверняка фантомный объект и автор явно имел в виду некие северные болота. Складывается впечатление, что территорию вокруг Днепра тщательно пропалывают. Зачем?