Археологические следы роксолан

Итак, местоположение страбоновских роксолан нами установлено — это Северная Меотида, что вполне соответствует и тексту Птолемея. Но можем ли мы подтвердить эту локализацию археологически, как это нами было сделано для предыдущих племён. Ведь следы роксолан ищут в тех же степях что и булгар с хазарами и акацирами, и приблизительно с тем же результатом. Мы станем искать эти следы тем же способом, что и следы предыдущих культур. Иначе говоря, будем строго следовать указаниям первоисточника.

По текстам Страбона и Птолемея мы уже нашли и зону поиска, и водный объект, к которому роксоланы привязаны. Вспомним ещё, что Страбон их относит к племени бастарнов. Осталось рассмотреть следы бастарнов на интересующей нас территории. Обратимся к работам М.Б.Щукина.

«Никаких других культурных общностей, которые могли лучше соответствовать бастарнам Страбона, кроме Поянешть-Лукашевской и зарубинецкой, пока не выявлено»

«…носители формирующейся зарубинецкой культуры явно побывали на Балканах, потому что только там можно найти прототипы характерных „зарубинецких“ фибул. Носители зарубинецкой культуры, очевидно, были участниками бастарнских походов на Балканы в 179-168 гг. до н.э., достаточно подробно описанных Титом Ливием»

Не все согласны, что зарубинецкая культура принадлежит германскому племени бастарнов. Есть точка зрения, что представители этих культур лишь участвовали в некоторых походах бастарнов и многое у них заимствовали. Некоторые считают зарубинцев славянами, или праславянами. Но ведь и бастарнов древние авторы к германцам относили с осторожностью, а сам этот термин означал лишь оседлый способ жизни. Термин «славяне» появился позже, когда оседлый «германский» мир стали делить на отдельные категории.

В нашем поиске всё это сейчас безразлично. Важно, что самые северные следы бастарнов соответствуют зарубинецкой культуре. Значит там по Страбону и следует указать роксолан. При этом сама зарубинецкая культура находится как раз в очерченной нами зоне поиска, на 51-й параллели юга Британии и на 30-м меридиане Александрии.

Вот теперь можно сопоставить хронологию выбранной культуры с сообщениями о роксоланах, как мы это сделали для хазарских и булгарских культур. Несовпадение хронологии может означать ошибочность наших построений, а вот совпадение будет мощным аргументом в поддержку. Существует множество причин несовпадения, начиная от неточностей текстов и заканчивая проблемами датировки археологических находок. Совпасть же датировки случайно едва ли могут. Тем более, что сравнивать мы намеренны не множество объектов на выбор, а два конкретных — зарубинецкую культуру и роксолан.

Зарубинецкая и поянешть-лукашевская культуры появились на границе 2 и 3 веков до н.э. Именно в это время в источниках начинают упоминаться бастарны. Поначалу их так и именуют, иногда сближают с галатами, позже уже делят на отдельные племена. Страбон называет в их числе певкинов, атмонов, сидонов и роксолан. В дальнейшем можно встретить упоминание просто роксолан и бастарнов, а иногда всех бастарнов именуют певкинами. В 179 году до н.э. бастарны в союзе с македонцами совершают поход на Балканы. В этом походе участвовали лишь зарубинцы, откуда и пренесли свои знаменитые треугольные фибулы. У поянешть-лукашевцев следов таких походов не обнаружено. В середине первого века до н.э. эта культура вдруг исчезла. Как раз в это время союзники роксолан языги вторглись на Балканы. А через столетие непонятным образом исчезает и зарубинецкая культура. На юго-восточных её рубежах найдены следы пожарищ. Выводы из этого сделаны любопытнейшие. Оказывается, некогда грозные бастарны в страхе разбежались перед угрозой вторжения сарматов.

Спасения от сарматских набегов носители зарубинецкой культуры — бастарны ищут не только в Поднепровских поймах, защищавших, вероятно, не слишком надёжно, но и разбегаясь в более отдалённые районы. Часть населения Полесской группы ушла, возможно, на запад, на Волынь… Отдельные, уже совсем небольшие, группы особенно напуганных просачивались, по всей вероятности, и дальше на север, в глубины лесной зоны.

Как мы помним, сокрушительный разгром хазар ибн-Марваном не заставил тех разбежаться. По мнению Плетнёвой, они наоборот перестали кочевать и прочно осели на своей земле. А вот воинственные бастарны оплошали, и землю покинули при первом же столкновении отдалённых своих рубежей со степью.

Однако здесь сразу же возникают серьёзные противоречия:

  • во-первых, по мнению специалистов, самые воинственные степняки массово ушли в этот момент на Балканы, поэтому давление степи на зарубинцев наоборот должно было ослабеть;
  • во-вторых, бастарны-зарубинцы постоянно упоминаются совместно с роксоланами, что трактуется как тесные союзные их отношения. Роксоланы же мощнейшее якобы степное племя. Кого же тогда бастарнам в степи бояться с такими союзниками;
  • в-третьих, сами зарубинцы тоже весьма воинственны и следы их собственных боевых походов на Балканы археологам хорошо видны. Другие бастарны в этом не были замечены. Да и не стали бы роксоланы союзниками малозначительному племени.

Мы же сопоставим исчезновение зарубинецкой культуры со сведениями о роксоланах. Если в одном месте исчезает большая археологическая культура, значит в другом месте в этот же момент должны в большом количестве появится непрошенные гости. Но не просто гости, а именно роксоланы, если наш вывод о локализации был верен. Что же в это время происходит с роксоланами?

Невероятно, но как раз в этот момент роксоланы огромной массой вторглись на Балканы. Эпитафия Плавтию Сильвану сообщает, что в 60 году н.э. на территорию Мезии вошли свыше 100 тысяч варваров с семьями и среди них из пришельцев конкретно названы лишь бастарны и роксоланы. Не зря же их союзниками считают. После этого события роксоланы постоянно начинают упоминаться в римских хрониках. В 68 году они разбили, 2 когорты римских войск, а через год сами попали в засаду. Это как раз тот момент, который воспевает Тацит, именуя роксолан сарматами и грабителями. Ещё через год на Дунае их упоминает Плиний. В 86 году они уничтожают римский легион вместе с наместником провинции и префектом. Ещё несколько столетий роксоланы упоминаются в римских потрясениях. Рим вынужден платить им дань, и попытка ограничить выплаты была жёстко роксоланами пресечена.

В эпитафии Плавтию Сильвану сказано:

… он перевёл в качестве данников более ста тысяч задунайских жителей с их жёнами, детьми, вождями и царями. … Царям бастарнов и роксоланов он отослал сыновей их братьев-даков, захваченных в плен или вырванных из рук врагов;

Получается, что в тот самый момент, когда бастарны-зарубинцы разбегаются в страхе перед сарматами, их вожди вместо защиты собственной земли, занимаются проблемами братьев-даков, и снова с кочевниками роксоланами. И никого не смущает подобная нелепость.

Зарубинцы-бастарны в страхе разбежались, особо напуганных Щукин заметил в северных лесах, цари их бросили на произвол судьбы, казалось бы, о бастарных можно уже забыть. Ведь по словам Щукина, других археологических культур бастарнов пока не выявлено. Однако вопреки логике бастарны не исчезают, а начинают с этого момента активно терроризировать Рим. Они с роксоланами упоминаются то вместе, то порознь, но почерк всегда один. А ведь пока существовала зарубинецкая культура, Риму бастарны с роксоланами особо не докучали. В 168 году, через столетие после «разгона» зарубинцев, они вновь оказываются союзниками македонцев в войне против Рима. В конце 4 века, через три столетия после «панического бегства» в леса от сарматов, Рим обвиняет бастарнов в убийстве во Фракии римского полководца Промота. Так где же логика, как это всё понимать?

А понять это совсем не сложно, достаточно прочитать текст Страбона без чужих правок и подсказок. Зарубинцы это роксоланы и есть, и они действительно бастарны, причём самые северные, и жили они на берегах Северной Меотиды. А в середине 1 века они дружно ушли на Балканы и с этого момента регулярно упоминаются в делах Рима. Зарубинецкая культура вследствие этого запустевает. Что в новом месте прибыло, то ведь должно в старом исчезнуть. А в приазовье в этот момент ничто не исчезало, да и не замечалось. Таким образом, с хронологией и логикой у нас полный порядок, чего никак не скажешь о растиражированных трактовках.


Фибулы зарубинцев за пределами их собственной культуры.
А — граница основных регионов зарубинецкой культуры,
Б — местонахождения фибул за её пределами.


Следы роксолан в топонимии зарубинцев

Но и кроме хронологии есть аргументы в подтверждение тождества роксолан и зарубинцев. В начале второго века до н.э. зарубинцы принесли с Балкан свои этноопределяющие треугольные фибулы. А в конце этого же века воевали в Крыму с Евпатором, о чём рассказывает Страбон. Там они должны были наследить, и наследили.

Фибулы вариантов Е — К повторяют среднелатенскую схему, но конец ножки у них расплющен в виде треугольной пластинки. Эти фибулы типично зарубинецкие и помимо ареала зарубинецкой культуры, встречаются редко (они найдены ещё в Неаполе скифском, в Беляусском могильнике в Крыму, на поселении Лукашевка, в сарматском погребении у совхоза Аккермень и в некоторых других пунктах). Аналогичные или близкие фибулы широко представлены только у кельто-иллирийского населения на территории Югославии, и именно с этой территорией связывает происхождение зарубинецких фибул К.В.Каспарова.

Датируют эти находки тем же временем, что и войну роксолан с Евпатором, т.е. концом 2 века до н.э. Контакты зарубинцев с северным Причерноморьем были весьма заметными, потому их участие в местном конфликте вполне ожидаемо.

Наиболее тесные культурные и торговые контакты зарубинецкие племена поддерживали с северопричерноморскими землями — с греческими городами и скифо-сарматским миром.

Как видим, карта находок зарубинецких фибул полностью повторяет известные походы роксолан. Но ещё один их след остался в топонимии. Село Роксоланы Одесской области, конечно же, лежало на пути балканских походов роксолан. Его название всем понятно и никого не удивляет. Но существует ещё один топоним, повторяющий имя этого племени — это село Роксолянка недалеко от Бобруйска, т.е. в зоне роксолан-зарубинцев. А вот степи приазовья подобных топонимов нам не сохранили.