Меотида античных источников

Через столетие после Страбона подробно описал расположение племён в этих землях Птолемей. Он в отличие от Страбона действительно помещает роксолан на берега Меотиды. Ради этой птолемеевской Меотиды и закрывали глаза на то, что бастарны находятся «в глубине страны» к северу, а роксоланы почему-то восточнее. Надо же было как-то увязать его с Птолемеем. Пришлось отказать в доверии Страбону и там, где он относит роксолан к племени бастарнов, которые сами похожи на германцев. И стали тогда роксоланы кочевниками, но приблизительно так, как в школе у плохого ученика по закону Архимеда уплыл топор.

В описании Восточной Европы Птолемей чётко следует направлению с запада на восток. Как правило, он описывает соседние племена на севере, потом племена южнее них, потом ещё южнее, а затем возвращается на север к племенам восточнее первых и всё повторяется. Всю эту территорию он именует Сарматией и делит её на Европейскую и Азиатскую. Границей их называется тот же Танаис, т.е. Дон, а с ним и Азовское море. Приазовские роксоланы по этой схеме должны были быть названы последними, они же самые восточные в Европейской Сарматии и к тому же самые южные. Но Птолемей называет их в числе самых первых. Первыми названы венеды у Балтики, затем певкины и бастарны на севере Карпат, роксоланы на Меотиде и ещё два народа «внутрь страны». Всех их Птолемей именует великими народами. Это «внутрь страны», как и у Страбона, означает поперёк маршрута движения. В данном случае он движется от Балтики на юг, а последние два великих народа оказались в стороне, в данном случае восточнее.

19. Заселяют Сарматию следующие великие народы; венеды — по всему Венедскому заливу; выше Дакии — певкины и бастерны; по всему берегу Меотиды язиги и роксоланы; далее за ними внутрь страны — гамаксобии и скифы-алауны.

Далее он называет ряд «менее значительных» народов, после чего даёт ориентир «восточнее вышесказанных племён живут». Все остальные народы перечисляются с севера на юг и смещаясь с запада на восток. Таким образом, роксоланы вместе с Меотидой оказались на самом западе, а вот Танаис упоминается на востоке, как и положено. Противоречие легко решается, если вспомнить о Северной Меотиде. Ведь именно туда и угодили роксоланы у Страбона, ровно там же указывает их и Птолемей. Их тексты не приходится править, достаточно просто каждого из них дочитать до конца и анализировать сам авторский текст, а не наперёд исправленный. Путаница Птолемея в Меотидах привела и к соответствующему сдвигу его координат. Все широты восточнее Днепра у Птолемея резко уползли на север, устье Дона оказалось севернее Припяти, и вся карта приобрела весьма специфический вид. Меотида же в результате стала занимать просто огромное пространство. В ней соединились сведения информаторов о двух Меотидах сразу, точно так же, как и у арабских авторов.

Считается, что путаница с Меотидами появилась лишь у средневековых авторов и античным источникам она не свойственна. Так ли это? Ответ на этот вопрос даёт Страбон. Все упоминания Меотиды в его тексте чётко соответствуют Азовскому морю, кроме одного, которое безоговорочно следует отнести к припятскому Полесью.

42. В областях приблизительно на 3800 стадий севернее Византия самый длинный день составляет 16 равноденственных часов; таким образом, Кассиопея вращается уже в арктическом круге. Это области около Борисфена и южные части Меотиды; они лежат приблизительно на расстоянии 34 100 стадий от экватора. В летнее время там северная часть горизонта почти что целыми ночами тускло освещена солнцем, между тем как солнечный свет движется обратно с запада на восток. Ведь летний тропик отстоит от горизонта на 1/2 и 1/12 части зодиакального знака; таково же, следовательно, расстояние солнца от горизонта в полночь. И в наших областях, когда солнце столь же далеко находится от горизонта, уже перед утренней зарёй и после захода оно освещает небо на востоке и западе. В зимние дни в этих областях солнце поднимается самое большее на 9 локтей. Эратосфен говорит, что эти области отстоят от Мерое немногим больше чем на 23000 стадий, так как расстояние от Мерое до параллели через Геллеспонт составляет 1800 стадий и оттуда до Борисфена на 5000 стадий.

В областях, отстоящих от Византия на 6300 стадий и расположенных севернее Меотиды, в зимние дни солнце поднимается самое большее на 6 локтей, а самый длинный день составляет там 17 равноденственных часов.

43. Дальнейшие области лежат уже вблизи необитаемых из-за холода местностей и не представляют интереса для географа.

В этом фрагменте Страбон даёт координаты Меотиды сразу тремя способами: расстоянием от экватора, длительностью дня в момент летнего солнцестояния и указанием на то, что на южном её берегу летом астрономические сумерки не наступают, т.е. ночью небо на севере остаётся подсвеченным. Поскольку длину экватора Страбон указал, то широта здесь определяется простой дробью. Все три названных им признака категорически не подходят Азовскому морю, и все три вполне соответствуют Северной Меотиде. И если в определении расстояний или длительности дня осведомители Страбона могли ошибаться, то в отношении сумерек ошибка исключена. Осведомитель просто описал то, что видел собственными глазами, и для грека явление это диковинное. На берегах Азовского моря оно вообще наблюдаться не может, а на припятском Полесье наблюдается всё лето. Это легко проверяется соответствующими программами для астрономических расчётов, например SkyChart. Программа позволяет вести расчёт и для сегодняшнего дня, и для времён Страбона. Для наступления астрономических сумерек Солнце должно уйти ниже горизонта на некоторый угол. Но даже приняв его равным минус 18°, а это максимальное значение из рекомендуемых, границу астрономических сумерек получаем севернее Азовского моря. Иначе говоря, это явление на Азовском море не наблюдается ни одного дня в году. Это означает, что часть осведомителей Страбона Меотидой зовёт Припятские болота. И эта путаница не в средневековье появилась, она присуща и античным авторам.

Так что Птолемей помещает роксолан туда же, куда и Страбон — на берега Северной Меотиды. И описывая Восточную Европу с запада на восток, он не случайно первыми с запада называет венедов, роксолан и бастарнов. Все остальные народы действительно оказались восточнее.